Оборона или превышение? Ульяновский облсуд объяснил, почему удар ножом в ответ на нож — это необходимая оборона

Судом было установлено, что между В. и потерпевшим Р. во время распития спиртного произошла ссора. В ходе конфликта Р. высказал в адрес В. угрозу убийством: «Зарежу». После этих слов Р. вышел на кухню, взял нож, вернулся и нанёс В. колото-резаное ранение грудной клетки.

В ответ на это В., сидевший на тахте, нанёс ответный удар ножом Р., причинив ему тяжкий вред здоровью. Впоследствии потерпевший утверждал, что ранение В. он нанёс по неосторожности (споткнулся и упал на него). В. же настаивал на умышленном характере нападения и на том, что действовал в состоянии необходимой обороны, защищая свою жизнь.

Заместитель прокурора настаивал на отмене оправдательного приговора, приводя следующие аргументы:

1. Нарушение момента окончания обороны: по мнению прокурора, В. должен был прекратить свои защитные действия в тот момент, когда противоправные действия потерпевшего были пресечены.
2. Незначительность вреда обороняющемуся: согласно заключению эксперта, у В. было обнаружено только одно телесное повреждение, причинившее лёгкий вред здоровью. Прокурор расценил это как доказательство отсутствия реальной опасности для жизни В.
3. Противоречия в показаниях: прокурор ссылался на показания потерпевшего о неосторожном причинении вреда, а также на показания самого В. на следствии, где он говорил, что «осознавал, что совершает уголовно наказуемое деяние».

Судебная коллегия Ульяновского областного суда признала приговор законным и обоснованным. Коллегия указала на ключевые моменты, которые суд первой инстанции оценил правильно.

Суд установил, что между угрозой убийством и её реализацией прошёл незначительный промежуток времени. Р. применил нож первым, нанеся удар в область расположения жизненно важных органов (область сердца). Это создавало реальную угрозу для жизни В. в момент нападения.

Суд отверг довод прокурора о том, что оборона продолжалась после окончания нападения. Было установлено, что нападение Р. и оборонительные действия В. следовали непрерывно. Более того, после того как нож перешёл к В., у него не было уверенности, что Р. не предпримет новых попыток нападения: не попытается отобрать нож или не вооружится другим предметом. Учитывая агрессивное поведение потерпевшего, В. не обязан был рисковать, предполагая, что нападение окончено.

Суд учёл и физическое расположение участников: В. сидел на тахте, а Р. стоял перед ним, то есть находился в более выгодной позиции для нападения. Это также повлияло на субъективное восприятие угрозы В.